Семен Павлюк (pavlyuk) wrote,
Семен Павлюк
pavlyuk

Categories:

Донецк. Шахта

Честно говоря, я был уверен, что в шахте нам снимать не разрешат. Несколько недель говорили открытым текстом: "журналистов в шахту не пускаем". Но, в итоге, все же сделали исключение. За что большое спасибо директору "Шахтуправления Донбасс" Юрию Ивановичу Баранову

Два часа на глубине 1000 с небольшим метров стали кульминацией всего проекта. Жаль, что фильм идет всего 26 минут и в него еще надо вставить кучу других сюжетов. Сюжет про шахту занимает небывалые 6 минут (обычный сюжет - 2,5 минуты) и все равно за кадров осталось слишком много суперинтересных мелочей. Хоть режиссерскую версию выпускай.

Photobucket

Фильм о Донецке смотреть здесь http://vk.com/id7645202?85199#/video7645202_162652696, а под катом несколько околошахтных фотографий.




Ездили на шахту Щегловская-Сверхглубокая.

Photobucket




Уходили не только под землю, но и забирались на копер

Photobucket



С высоты отлично видно устройство предприятия

Photobucket



Уголь по транспортеру перемещают к железной дороге и нагружают в вагоны


Photobucket



Рядом – руины обогатительной фабрики, которую начали строить еще в советские времена, но так и не достроили.

Photobucket


Вообще «Щегловская» слыла отстающей и бесперспективной. Шахту, находящуюся на грани закрытия, взяло «на буксир» Шахтоуправление Донбасс и сделало из нее нормально работающее предприятие.

Хотя проблем хватает. Здесь добывают коксующийся уголь, а не антрацит, и прибыли, как я понял, шахта приносит немного. Задержки в зарплате – суровая реальность. Но руководство шахты не запускает предприятие – внутри все чисто, аккуратно (насколько это может быть в шахте). Техника безопасности соблюдается. Так что это шахта-«отличник».


Пустую породу по транспортеру выкидывают в отвал, из которого вырастает террикон.

Photobucket


Террикон – абсолютно лунный пейзаж. Или вулканический. Такие ландшафты я видел на склоне Кракатау.

Photobucket


Терриконы вообще пейзажная фишка Донецка. Это действительно диковинка, которую стоит раскручивать как главную черту образа города. И туристы будут с удовольствием приезжать смотреть на рукотворные горы.

Photobucket



Сразу видно – действующая шахта у террикона или нет. Если действующая – террикон «лунный». Если заросла кустарником – значит шахта закрыта.

Photobucket


А теперь пора внутрь. Но перед спуском надо пройти целый ритуал. Для начала – одеться

Photobucket



Одежду свою снимаешь полностью. Выдают даже новое белье, чем-то похоже на бабтистский крестильный наряд

Photobucket


Потом одеваешь штаны, куртку, наматываешь портянки, одеваешь тяжелые сапоги. Два ремня. И, наконец, берешь каску.


Photobucket


Два ремня – потому что на один вешаешь батарею для фонаря, который закрепляешь на каске. Также получаешь спасатель – тяжелую коробочку, которую носишь на плече пока находишся в шахте.

Спасатель – твой последний шанс при аварии. В этом случае задерживаешь дыхание – и есть 15-30 секунд, чтобы «вскрыться». Зажимаешь спасатель в согнутой руке или между ног, дергаешь за ремешок – коробка с треском раскрывается. Внутри – дыхательный аппарат, специальный мешок с загубником - вставляешь загубник в рот, делаешь выдох. Фиксируешь носовой зажим и дальше дышишь только ртом. Теперь можно идти на выход из шахты. Кислорода хватит на 50 минут (в недвижимом положении – на 260 минут).

Зал с личными вещами шахтеров. У каждого своя железная корзинка, свисающая с потолка. Настоящая декорация из фильма ужасов.

Photobucket


Дальше спуск в клети на глубину 915 метров. Прогулка по коридорам шахты. Спуск еще ниже – на этот раз на Ремневых транспортерах, по которым уголь поднимают. Ложишься на ленту – и едешь вниз, в темноту.

Дальше – ад. Полуголые шахтеры. Шум. Отбойные молотки. Спуск в лаву (горизонт, где добывают уголь). Угольная пыль летит по наклонному коридору, забивая глаза. Спуск под углом наощупь. Спуск на карачках. Горизонт (т.е. потолок) – метр-двадцать.
«Это еще что! Вот я раньше на горизонте в шестьдесят сантиметров работал. Это ползком».

Нет, я тоже в подмосковных Сиянах лазал по шкуродерам в 40 сантиметров высотой, но это были считанные метры. И там не надо было работать . Откидывать породу из-под работающего комбайна. Проводить часы!

А ведь еще есть т.н. «мокрая лава». Это когда вода стоит в горизонте.

Впечатление глубочайшее. Не знаю, разрешат ли нам когда-нибудь спуститься в шахту на студенческой практике (в советское время это точно было). Знаю только, что в лаву я студентов не пущу. Не говоря уже о студентках.

Говорят, сюда периодически игроков «Шахтера» водят, чтобы видели, ради кого играют (и знали, куда сошлют, если играть будут плохо ).

Сказать, что мы вылезли черные – ничего не сказать

Photobucket


Я честно не узнал себя в зеркало

Photobucket


Наш оператор Юра стал похож на довольно-таки лукавого демона

Photobucket


Всем сразу стало понятно, почему у негров такие белые зубы. По контрасту

Photobucket


Как выжила в шахте камера – я так и не понял. Мы ее, конечно, замотали рогожей, но все равно ребята потом весь вечер ее чистили от угольной пыли

Photobucket


Тут бы надо как-то завершить. Сказать как тяжел и важен труд шахтера. Но после всего, что мы увидели, любая фраза кажется банальностью. Труд шахтера – за гранью моего понимания сложности, самоотверженности, самоотречения. Это воплощения труда. Триумф духа (без всяких неуместных сравнений). Если и есть прототип сверхчеловека, то его надо искать здесь.

И при этом как эконом-географ я понимаю всю низкую эффективность каменного угля по сравнению с другими источниками топлива. И от этого немного горько. Люди откровенно гробят свое здоровье, выгрызая у недр энергию, тогда как где-то в другом месте человеку в каске надо просто повернуть вентиль – и энергия сама пойдет из земли.

Зато эти люди без всякого сарказма, иронии и прочего пафоса могут сказать: «Я хожу на работу каждый день. И это подвиг». Такие вот будничные супермены.
Tags: СНГ, Украина, планета футбола, путешествия, фотоотчет
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 20 comments